Количество просмотров: 24
За последнее десятилетие франшиза «Зловещие мертвецы» доказала то, что когда-то казалось невозможным, она способна не просто выживать без Эша Уильямса, но и процветать. Серия доказала, что может стать более мрачной, жесткой и эмоционально выматывающей, не растеряв при этом своей ДНК. А главное, подарила нам отличные хорроры, которые стоят наравне с классикой Сэма Рэйми, а не ютятся в ее тени.
Новый фильм «Зловещие мертвецы: Пекло» (Evil Dead Burn) наглядный тому пример. Это бескомпромиссный, чертовски эффектный фильм ужасов, отрабатывающий каждую каплю экранной крови и каждый нервный смешок в зале. Насилие здесь не знает пощады, но сильнее всего бьет эмоциональная жестокость. Местные дедайты не спешат расправляться с жертвами, они дразнят, манипулируют, морально уничтожают и растягивают каждую сцену до предела, потому что получают от процесса колоссальное удовольствие. Наблюдать за тем, как одержимые методично разваливают семью изнутри перед тем, как взяться за оружие, порой куда страшнее самого расчленения.
И при этом фильм умудряется быть смешным. Бабушка выдает одни из лучших шуток еще до того, как в нее вселяется демон, а когда контроль перехватывают дедайты, зрителям буквально предлагают смеяться вместе с ними. Саркастичные реплики, безумная мимика и искренний кураж актеров вызывают бурю эмоций. Авторы «Пекла» уловили ключевой закон франшизы, дедайты должны пугать до дрожи, но сами они обязаны ловить от происходящего дичайший кайф.
Однако этот же успех обнажает то единственное, что современные картины так и не смогли до конца воссоздать. Сами дедайты ощущаются гостями из классических фильмов Рэйми. А вот мир вокруг них нет.
Самый частый упрек в адрес современных частей, мол, из них выветрился фирменный юмор. «Пепел» доказывает обратное, юмор никуда не делся, он просто целиком перешел к монстрам. Они все те же язвительные твари, которые искренне наслаждаются каждой сказанной гадостью и каждым зверством. Одержимость для них не просто способ создать очередного убийцу, это выход на сцену.
Эта театральность всегда была главным козырем серии. Демоны жестоки, потому что им это нравится. Они превращают каждое столкновение в перформанс, высмеивают чужое горе, отвешивают вовремя меткие колкости и глумливо лыбятся посреди кошмара. Дедайты в этом фильме ничуть не уступают монстрам из «Зловещих мертвецов 2» или «Армии тьмы».
Юмор и ужас здесь не конфликтуют, а подпитывают друг друга. Вы смеетесь над абсурдной выходкой твари, а через секунду жалеете о смехе, когда на экране происходит очередная мясная расправа. Монстры прекрасно помнят, в какой франшизе находятся.
Что действительно изменилось, так это обстановка вокруг чудовищ. Главная суперсила Сэма Рэйми как режиссера заключалась в готовности сделать весь фильм настолько же слетевшим с катушек, насколько безумны его монстры. Камера пробивала окна и неслась сквозь чащу на бешеной скорости, мебель оживала и заливалась хохотом, а Эш на полном серьезе дрался с собственной одержимой рукой. В каждом кадре жило ощущение, что произойти может вообще все что угодно, а Брюс Кэмпбелл выдавал идеальную пластику на грани слэпстика и боди-хоррора. Казалось, что вирусом безумия заражена сама кинопленка.
Начиная с великолепнейшего перезапуска Феде Альвареса в 2013 году, франшиза стала куда более приземленной. Герои превратились в реальных людей с настоящими психологическими травмами и горем, а насилие ранит сильнее именно потому, что драма подается абсолютно всерьез. «Восстание зловещих мертвецов» отточило эту формулу, а «Пекло» пошло еще дальше, приравняв семейный распад к боди-хоррору.
Это рабочий подход, но он создает занятный контраст, дедайты по-прежнему ведут себя как маниакальные мультяшные черти, но заперты они в мире, который подчиняется строгим, реалистичным законам драмы. Это не делает фильмы хуже, но это уже совсем не тот первобытный аудиовизуальный хаос, выделявший классику Рэйми среди любого другого хоррора.
Выход из этого тупика не в том, чтобы отменить все достижения свежих картин. Грядущий приквел «Зловещие мертвецы: Гнев» (Evil Dead Wrath), действие которого развернется в 1972 году, выглядит логичным продолжением мрачной эпохи. От него не стоит ждать возвращения к слэпстику, современные фильмы честно заслужили статус лучших ужастиков десятилетия благодаря своей бескомпромиссной жестокости.
Но вот после него перед серией откроется отличная возможность. «Зловещие мертвецы» живут уже больше сорока лет именно потому, что каждая новая глава не пытается переплюнуть предыдущую по одним и тем же правилам, а переизобретает франшизу заново. Рэйми превратил лобовой ужастик в безумный фарс, Альварес вернул бескомпромиссный страх, а новые авторы довели мрачный стиль до идеала.
Вместо того чтобы требовать от следующего режиссера еще больше расчлененки и драмы, куда интереснее бросить другой вызов, вернуть картинам дух упоительной режиссерской анархии. Дедайтов менять не нужно, они по-прежнему страшные, смешные и крадут каждую сцену. Не хватает лишь одного, чтобы само кино сошло с ума вместе с ними.
