Количество просмотров: 392
На этапе своей карьеры невозможно точно сказать, сколько кошмаров у своих читателей вызвал Стивен Кинг. Начиная с психоделического триллера "Сияние", изнуряющей жестокостью "Мизери" и ужасов "Кэрри", автор бестселлеров специализируется на всех мыслимых методах навязчивых снов своих постоянных читателей. Когда Кинга спросили, какой из его собственных романов он считает самым страшным, он не раздумывая назвал свой шедевр 1983 года "Кладбище домашних животных". Эта душераздирающая история повествует о мучительном уничтожении семьи Крид, которых преследует мрачная сущность, скрывающаяся в лесу за их домом. В введении к роману 2001 года Кинг пишет о проведенной со своей молодой семьей на опасной дороге в сельской местности штата Мэн и ужасающем инциденте, в результате которого его маленький сын выбежал на дорогу. История, которую могут рассказать многие родители, эта почти трагедия в конечном итоге превратилась в ужасающий роман, поскольку Кинг следовал "а что, если бы", преследующий его разум. Он признается, что отложил эту историю, посчитав ее слишком ужасной и жестокой для публикации. Вернувшись к роману несколько недель спустя, Кинг вспоминает: "Я был в ужасе от того, что написал, и от выводов, к которым пришел".
Кладбище домашних животных повествует о семействе Крид, которые переезжают из Чикаго в сельскую местность штата Мэн. Луис устраивается на работу врачом в университетскую клинику, взяв с собой жену Рэйчел и детей Элли и Гейджа. Молодой отец быстро подружился со своим соседом Джадом Крэндаллом, который показал семье маленькое кладбище домашних животных в лесу за его домом. Когда кота Элли, Черча, сбивает проезжающий мимо бензовоз, Джад ведет Луиса к еще более большому и темному захоронению, расположенному гораздо дальше в таинственном лесу. Пробужденная духом новой жизни, зловещая сила, обитающая на кладбище Микмаков, кажется, вторгается в их идиллический дом, и Гейдж становится следующей жертвой, погибающей на дороге. Охваченный горем, Луис пытается исправить ужасную трагедию, похоронив своего маленького сына в нечестивой земле, но в конечном счете на собственном горьком опыте убеждается, что "иногда лучше умереть".
Нет никакого способа точно измерить ужас. То, что пугает одного читателя, другому может показаться банальным. Два человека никогда не воспримут историю совершенно одинаково. Однако мы можем изучить огромный объем пугающего материала в "Кладбище домашних животных", используя собственную формулу классификации Кинга. Во введении к первой научно-популярной книге автора "Пляска смерти", трактату о жанре ужасов, Кинг описывает иерархию страха: отвращение, ужас и страх. "Кладбище домашних животных" содержит множество примеров из каждой категории, бомбардируя читателя пугающими ударами со всех сторон. В более позднем посте в Facebook (запрещена на территории РФ) Кинг разъясняет этот тезис, приводя примеры, которые будут использоваться для изучения романа. В дополнение к множеству пугающих пассажей, роман Кинга наносит эмоциональный удар под дых, почти такой же страшный, как и все, что скрывается в темных уголках истории. Кладбище домашних животных становится еще более пугающим из-за своей способности искажать наши эмоции. Проще говоря, история Кинга о смерти и разрушении разрывает наши кровоточащие сердца, а затем втаптывает их в каменистую почву.
Отвращение
"...вид отрубленной головы, падающей с лестничного пролета, - когда гаснет свет и что-то зеленое и склизкое брызжет тебе на руку".
Когда Луис впервые устраивается на работу в университетскую больницу, он убежден, что там будет меньше стресса, чем в отделении неотложной помощи Чикаго, но его первый рабочий день оказывается совсем не легким. Молодой врач проводит инвентаризацию, когда в комнату врываются прохожие с умирающим мужчиной по имени Виктор Паскоу, завернутым в перевязь из одеяла. Бедняга был сбит машиной во время пробежки трусцой и отлетел головой вперед в дерево, смертельно раненный на обочине дороги. Кинг дает нам подробное описание травм, используя отвращение, чтобы исследовать ужасные подробности смерти.
- У него была сломана шея. Одна ключица выступала из его распухшего и искривленного правого плеча. Из его головы на ковер медленно сочились кровь и желтая жидкость из киски. Луис мог видеть мозг мужчины, беловато-серый, пульсирующий в раздробленной части черепа. Это все равно что смотреть в разбитое окно. Углубление было шириной около пяти сантиметров, если бы у него в черепе был ребенок, он мог бы почти родить его. То, что он вообще был еще жив, было невероятно”.
Хотя Паскоу сталкивает нас с нашей собственной смертностью, книга Кинга наполнена кровавыми и точными видениями смерти. Он с непоколебимым ликованием описывает тошнотворный звук, с которым тело Черча отрывают от замерзшей лужайки, и шокирует нас ужасающими проблесками расчлененного тела Гейджа. Шляпа полная крови и терпеливый гробовщик дают нам тревожные намеки на немыслимое состояние этого искалеченного маленького мальчика. Когда Луис наконец откапывает гроб Гейджа, плесень, растущая на крошечном личике, заставляет его еще раз поверить, что жизнь его сына была потеряна. Роман представляет собой мощную психологическую смесь, в которой Кинг заставляет нас смириться с мрачной реальностью, которая ожидает всех нас.
Ужас
"...противоестественное, пауки размером с медведей, мертвецы которые просыпаются и разгуливают вокруг, это когда гаснет свет и что-то с когтями хватает тебя за руку."
Хотя Элли наслаждается семейный походом на близлежащее кладбище домашних животных, Рейчел этого не делает. У матери двоих детей фобия смерти и всех связанных с ней ритуалов из-за травмирующего инцидента в юности. Старшая сестра Рэйчел, Зельда, заболела спинномозговым менингитом и скончалась в задней комнате дома своего детства. Когда Рейчел было всего восемь лет, ей часто поручали ухаживать за умирающей сестрой, которую, по ее мнению, начало раздражать ее собственное здоровье и подвижность. Именно Рейчел наблюдала, как Зельда наконец умерла и она долгие годы жила с чувством вины и ужаса из-за мучительной смерти своей сестры.
После смерти Гейджа Рэйчел спешит вернуться из Чикаго в надежде предотвратить ситуацию, которую она едва понимает. Прибыв первой в дом Джада, она была потрясена, услышав хриплый голос своей давно умершей сестры. Что бы ни вернулось из мертвых в теле Гейджа, оно нашло способ обуздать самые мрачные страхи Рейчел.
"Она была сгорбленной и скрюченной, ее тело было так жестоко деформировано, что она фактически превратилась в карлика-мумию, ростом чуть больше метра и по какой-то причине Зельда была одета в такой же костюм, в котором хоронили Гейджа. Но это была Зельда, ее глаза горели безумным ликованием, лицо стало багровым, это была Зельда, кричащая: "Наконец-то я вернулась за тобой сучка" я выверну тебе спину как свою и ты больше никогда не встанешь с постели.
Хотя Зельда и примыкает к основному сюжету, она стала одним из самых стойких кошмаров "Кладбища домашних животных" и одним из самых пугающих образов во всем обширном каталоге Кинга. Другие моменты ужаса связаны с разлагающимся телом Паскоу, появляющимся перед Луисом глубокой ночью и настаивающим на том, чтобы он последовал за ним на Кладбище домашних животных. Позже, когда он несет завернутое тело Гейджа по тропинке к месту захоронения, всего в нескольких метрах перед ним на тропинке появляется демоническая голова. И ничто не может подготовить нас к ужасающему описанию немертвого малыша, размахивающего скальпелем, на изуродованном плече которого все еще растет могильный мох.
Страх
"Ужасно, когда ты приходишь домой и замечаешь, что все, что у тебя есть, забрали и заменили точной копией. Это когда гаснет свет, и ты чувствуешь что-то позади себя, ты слышишь это, ты чувствуешь его дыхание у своего уха, но когда ты оборачиваешься, там ничего нет..."
Надеясь удержать Луиса от совершения роковой ошибки, Джад устанавливает наблюдение на крыльце своего дома. К сожалению, более могущественные силы работают над тем, чтобы облегчить темную миссию Луиса, и Джад оказывается погруженным в глубокий сон. Он просыпается с неоспоримой уверенностью, что кто-то или что-то скрывается внутри его дома. Зловещая сущность прокралось мимо, поджидая в тени идеального момента для удара.
Джад мог различить в полумраке громоздкие очертания – шкаф Нормы, комод из Уэльса, высокий комод, – но никаких точных деталей. Он попытался подняться на затекшие ноги, его разум кричал, что ему нужно больше времени, что он слишком стар, чтобы снова столкнуться с этим без дополнительного времени, Тимми Бэтерман был достаточно плох, а Джад тогда был молод. Вращающаяся дверь открылась, впустив тени. Одна из теней была более существенной, чем остальные.
В дополнение ко всем осязаемым кошмарам, Кладбище домашних животных практически пульсирует от всепоглощающего чувства страха. Смерть Паскоу запускает полосу смертей и разрушений, которая медленно обволакивает семью, систематически разрывая ее на части. Кинг создает напряжение настолько тонко, что трудно выделить хоть один момент ужаса в этой в высшей степени нервирующей истории. Другой пример чистого ужаса - Паскоу возвращающийся в спальню Луиса в ночь Хэллоуина, стоявший прямо за дверью спальни, а также крошечная тень Гейджа, крадущаяся мимо спящего Луиса, чтобы бесшумно достать оружие из его медицинской сумки.
Одна из самых запоминающихся сцен романа происходит в тот момент, когда Луис идет по тропинке к захоронениям Микмак. Сразу же после того, как испуганный отец увидел перед собой бестелесное лицо, он слышит, как огромный зверь ломится через пустошь всего в нескольких метрах от того места, где он стоит. Вендиго прошел мимо него, неся с собой силу, способную пробудить в человеке вкус к человеческому мясу. Эта сцена - всего лишь пример из множества отрывков, которые заставляют читателя в ужасе понимать, но не в силах остановить от чтения. Мы просто не можем оставить этих любимых персонажей в их печальных сценах, однако мы не уверены, что сможем справиться с тем, что может нас ожидать, если мы осмелимся перевернуть страницу.
Лично тронутый
"...ужас не приводит в ужас, если читатель или зритель не был затронут лично..."
Обладая талантом к сопереживанию, Кинг умудряется сотворить небольшое литературное чудо на страницах "Кладбища домашних животных". Последние два акта истории Луис проводит, совершая один немыслимый поступок за другим. Главным из них является его решение выкопать тело собственного сына и пронести его через лес с призраками посреди ночи. Однако, каким бы ненадежным ни был выбор Луи, мы никогда не сомневаемся в его мотивах. Кинг пишет эти ужасные сцены с такой проницательностью и заботой о своем обреченном главном герое, что мы начинаем задаваться вопросом, а не воспользовались ли мы таким же шансом? Наряду с этими проблесками в голове Луиса появляются некоторые из самых разрушительных моментов, которые только могут себе представить родители. Приведя в исполнение свой план проникнуть на кладбище, Луис снова сталкивается с реальностью жестокой смерти своего сына.
Он подхватил Гейджа под мышки, чувствуя зловонную сырость и поднял его таким образом, как часто поднимал его из вечерней ванны. Голова Гейджа свесилась до середины спины. Луис увидел ухмыляющийся обруч из стежков, который удерживал голову Гейджа на плечах.
Каким-то образом, тяжело дыша, с желудочными спазмами от запаха и от ощущения безжизненного тела своего сына, Луи вытащил тело из гроба. Наконец он сел на краю могилы с телом на коленях, его ноги свисали в яму, лицо было ужасного мертвенно-бледного цвета, глаза - черные провалы, рот скривился в дрожащей гримасе ужаса, жалости и печали.
Другие моменты эмоциональной пытки включают душераздирающий момент, когда гроб Гейджа падает на пол во время прощальной панихиды и повторяющиеся размышления Луиса о том, как он чудом предотвратил трагедию, спасая жизнь своего сына, и душераздирающий момент, когда он вынужден снова убить Гейджа после того, как его ужасный "эксперимент" пошел ужасно неправильно.
"Ответ, по-видимому, заключается в том, что мы придумываем ужасы, чтобы помочь себе справиться с реальностью".
Когда нас спрашивают, почему мы предпочитаем читать ужасы, мысли Кинга в "Пляске смерти" указывают на попытку справиться с ужасами, с которыми мы сталкиваемся в нашей собственной жизни. Какой родитель не беспокоился о том, что не сможет защитить своего ребенка? Кто не обнимал любимого питомца и молча не клялся сделать все, чтобы он был в безопасности? Полностью погружая нас во все уровни страха, трудно прочитать эту книгу и выйти из нее невредимым. Мы все кого-то любим, и мысль о том, что мы можем потерять их, увидеть, как их тела становятся бездушными, и быть бессильными обратить трагедию вспять, - это то, что обессиливает, ужасает и пугает нас до глубины души. История Кинга шокирует и пугает, потому что она настолько правдоподобна, но в тоже время предоставляет читателю ценный инструмент.
Изгоняя свои собственные кошмары, Кинг позволяет нам направить наши собственные страхи относительно неизбежности смерти в нужное русло. Когда мы читаем "Кладбище домашних животных", мы следуем за "Мастером ужасов" по мучительному пути к "а что, если" и каким-то образом обретаем большую способность принимать неизбежное.
